Детоубийцы в тюрьме

Детоубийцы в тюрьме

Женская доля в неволе


Прочитать статью

Заключенные мечтают о любви и пытаются забеременеть в тюрьме всеми способами 09.09.2012 в 16:58, просмотров: 73558 Девчонки из панк-группы Pussy Riot сегодня самые популярные женщины — заключенные России, а возможно, и всего мира. Многих волнует их судьба: каково им будет жить эти два года вдали от дома и родных? Ведь, несмотря на политические убеждения, музыкальные пристрастия и профессию, важнейшая часть жизни любой женщины — это любовь и семья. О том, как складывается личная жизнь представительниц прекрасной половины в российских тюрьмах, ждут ли их мужья и любимые и удается ли женщине в заключении оставаться женщиной, выяснял корреспондент «МК».

фото: Наталия Губернаторова — Два года прошло с момента, когда я вышла на улицу со справкой об освобождении.

Но до сих пор при слове тюрьма у меня внутри все холодеет, — говорит Елена Сорокина, отсидевшая 2 года в СИЗО и 3 на зоне. — Места заключения, предназначенные для женщин, отличаются от мужских — здесь практически нет деления на касты, не сильно-то в ходу воровские законы и понятия.

Но все равно женщине за решеткой невероятно тяжелее, чем мужчине. Елене 34, «заехала она в тюрьму» (именно так, не села, а «заехала», говорят сами заключенные.

— Д.К.) в самом расцвете сил, в 27 лет — за мошенничество в особо крупных размерах. — Если вы спросите любую зэчку (бывшую или нынешнюю), что было самым страшным, то каждая ответит — арест.

Особенно если он первый. Меня взяли прямо в ресторане, где я отмечала день рождения. В легком вечернем платье с голой спиной. Палантин, в который я куталась от холода, забрали при досмотре с мотивировкой «вдруг повесится».

Первые двое суток я просто лежала в небытие, дежурные периодически проверяли, живая или нет.

Когда я приходила в себя, то и сама очень удивлялась, что жива. И честно, если бы мой шарф был со мной, то я, может быть, даже и покончила с собой. Женщины, с которыми я оказалась тогда в одной камере, меня не трогали, периодически предлагали чай. Дали наплакаться вволю. Я потом и сама много раз видела таких вот «первоходок» и, вспоминая себя, с пониманием относилась к их состоянию.
Однако постоянное нытье, слезы и депрессии в тюрьмах не приветствуются.

Как правило, в камерах живут от 20 до 40 человек.

И если все или даже половина будет ныть и депрессовать, то обстановочка сложится та еще. Вот и приходится все переживать молча.

Хотя поводов для слез у заключенных более чем достаточно.

фото: Михаил Ковалев

Что делают в тюрьме с детоубийцами.

Как выжить в тюрьме: советы «первоходам»

Основной чертой этой касты является пассивный гомосексуализм: добровольный или принудительный.

Но не каждый петух регулярно практикует гомосексуальные связи. Опущенные в рамках тюремного быта являются кастой неприкасаемых. Как живут опущенные в тюрьмах?

Они живут отдельно от полноценных членов тюремного сообщества: под кроватью («под шконкой»), возле туалета. В крупных лагерях для них выделяются отдельные бараки, которые называются петушатниками.

Опущенные пользуются отдельными предметами быта. В их посуде проделываются дырки, чтобы никто не случайно не спутал «зашкваренные» тарелки и ложки с нормальными. Жизнь опущенных в тюрьме очень тяжела.

Петухи выполняют самые грязные виды работ.

Существуют несколько теорий происхождения этой касты. Согласно самой распространенной версии, опущенные выделились в отдельную тюремную прослойку после реформы 1961 года. Она разделила лагеря по строгости режима содержания: матерые зеки, рецидивисты стали жить отдельно от первоходочников (о том, какие виды тюрем в России существуют сегодня и какие там есть режимы, можете узнать ).

Первоходочники – это, как правило, молодые люди, стремящиеся к конкуренции во всех сферах жизни, они не знали тюремных устоев и при отсутствии надзора более опытных заключенных их быт со временем становился все более диким.

Что делают в тюрьме с детоубийцами. Как выжить в тюрьме: советы

Это привело к тому, что наказание изнасилованием, которое было до реформы крайней мерой, применяющейся в единичных случаях, стало распространенным повсеместно (о видах насилия в тюрьмах читайте ).

Опущенным может стать любой заключенный.

Сюда относятся:

  • Люди, родственники которых работают в правоохранительных органах.
  • Заключенные, попавшие в МЛС за изнасилование несовершеннолетних детей.
  • Люди, которые практиковали гомосексуальные связи на воле.

Справка: помимо петухов в тюремном сообществе существует каста чертей.

С опущенными чертей роднит статус неприкасаемых, но для сексуальных утех они не используются. Автоматическое опускание в тюрьмах практикуется все реже. Отношение к людям, севшим по «петушиным» статьям, не будет хорошим, но и сексуального насилия в их отношении проявлять не будут.

Почему петухом называют в тюрьмах?

Точного ответа на этот вопрос нет.

Вероятно, такое название произошло от глагола «петушить», которым обозначался процесс изнасилования.

Что делают в тюрьме с детоубийцами. Как выжить в тюрьме: советы

Вопреки стереотипу, доля добровольных гомосексуалистов среди обиженных невысока.

Большинство заключенных становятся петухами за проступки, не имеющие отношения к сексуальной сфере. Ниже приводится, за что опускают в тюрьмах. Обычно это различные серьезные нарушения правил тюремной жизни:

  • Неуплата карточного долга. За невозвращенные долги в тюрьме приходится платить кровью, а единственной альтернативой, позволяющей сохранить жизнь, является оказание секс-услуг.
  • Телесный контакт с другим петухом вне сексуального акта.

Женщина в тюрьме.

Часть 3. Самое трудное в зоне – не стучать

«В женских зонах 50 % стучат, а вторые 50 % им сочувствуют», – говорит Татьяна. Татьяна сидела в ИК-5 в Можайске около шести лет.

Стукачество в колониях было всегда, но вот массовым и открытым оно стало совсем недавно В 2003 году в УК и УИК внесли около трехсот поправок: у женщин убрали строгий режим; сократили срок, который заключенный должен отбыть для перевода в колонию-поселение (например, из общего режима в колонию-поселение стало возможным перевестись, отбыв 1/4 срока, вместо 1/3, как раньше); увеличили количество свиданий (вместо четырех в год – шесть); формально повысились шансы выйти по УДО; заключенным стали давать разрешение на свидания с родственниками за зоной – все это при безупречно хорошем поведении, конечно. Хорошее поведение – это абсолютная лояльность по отношению к администрации, сотрудничество, участие в «лагерных мероприятиях». Кстати, поначалу свидания за территорией зоны действительно разрешали, но эта практика быстро прекратилась.

А процесс уже был запущен, женщины поняли, что и как нужно делать, чтобы раньше выйти или получить свидание за зоной, в общем, чтобы «все было хорошо». Понятие мужского и женского рода – Вы сотрудничали с администрацией?

– спрашиваем у Марины, отсидевшей четыре года в ИК-5 в Можайске еще в 90-е и шесть лет в ИК-6 в Шахово (1998-2004 гг. Орловская область). – Да вы что? Зачем? Странный вопрос, – возмущается Марина, – Я жила по понятиям.

О каком сотрудничестве речь? Марина много и эмоционально говорит о том, что до нововведений 2003 года женщины-заключенные, конечно, не были большой дружной семьей, но подлость и стукачество не были легализованы.

Даже женщины ориентировались на старые воровские «понятия», хотя «понятия» для женщин в колониях, в целом, не свойственны. – Женщины нахватались от мужиков, тогда каких-то правил все равно придерживались, чего-то побаивались. Поэтому вычислить стукача было очень сложно, – вспоминает Марина.

Тогда их не любили, выслеживали, били, брили налысо. – Около оперчасти всегда было пусто.

И даже если ты туда идешь по вопросу «у меня маме плохо, надо что-то сделать», сразу все тебя подозревают. А администрация колонии давила.

– Нас за людей не считали, лишали всего. В ШИЗО сажали за то, что кровать неровно заправлена; за то, что девочки из мыла и угля делали себе тушь для ресниц, – рассказывает бывшая заключенная.

Сильное давление со стороны администрации, кстати, одна из причин того, почему тогда женщины в колониях были сплоченнее. В 2003 году все изменилось – теперь можно хоть на всю зону объявлять, предупреждать: «Я сейчас на тебя в оперчасть напишу». – Это стало нормой. И ты стукачке ничего не сделаешь.

Началось открытое доносительство, в оперчасть очередь выстраивалась, – разводит руками Марина. За стукачами стали присматривать сотрудники колонии.

Тот, кто стучал, зарабатывал себе поощрения, а они очень нужны: у женщины, как правило, есть семья, дети, и часто женщины готовы закрыть глаза на нарушения со стороны ФСИНовцев, они не хотят требовать соблюдения своих прав; женщины в колонии, как правило, хотят просто вернуться домой.

Что делают в тюрьме убийцами детей. Что делают в тюрьме с насильниками?

Каково отношение к насильникам на зоне?

Условия для заключенных

Как выжить в тюрьме? Что делать, если тебя задержали или арестовали? Вопросы не праздные. Ситуация с задержанием видеоблогера Руслана Соколовского наглядно показала, что в современных российских реалиях оказаться за решеткой может каждый – за неосторожно сказанное в интернете слово, за перепост в социальных сетях, за глупую картинку.

Но постят картинки и ведут видеоблоги, как правило, люди далекие от криминальной жизни, поэтому внезапное задержание и помещение в ИВС (далее – в СИЗО и, если совсем не повезет, колонию) может оказаться для них настоящим шоком.

Человек, попавший в такую ситуацию, может запросто наделать глупостей, превратив свою жизнь в настоящий ад. Вопиющих случаев «посадок» в России становится все больше. Мы решил проконсультироваться с людьми, имеющими за плечами богатый опыт пребывания в местах, как принято говорить, «не столь отдаленных».
Это Алексей Кузнецов (более 10 лет лагерей, ведет свой канал о жизни в тюрьме на YouТube, занимается правозащитной деятельностью), Андрей Реут (отсидел 17 лет), Алена (фамилию и срок попросила не указывать, работает в юридической фирме), а также известный уральский правозащитник Алексей Соколов. Вот их советы. Почти любая посадка начинается с задержания.

Это может случиться на улице, на работе, в вузе, в общественном транспорте.

Могут задержать после обыска или допроса. Задержание — это еще не арест.

Иногда задержанных отпускают после дачи показаний или установления нужных фактов.

Но иногда в момент задержания человек надолго прощается со свободой.

Тут важно не потерять самообладания.

Реут: Как правило, если человек ни разу не попадал в руки представителей власти, после задержания он испытывает потрясение, испуг.

Рушатся все иллюзии касаемо правоохранительных органов.

Человек сталкивается с грубостью и цинизмом, понимает, что он всего лишь букашка.

Первое, с чем столкнется, это запугивание, порой избиение, не исключены и пытки. Ведь «подозреваемый» уже виновен – так думают дознаватели и оперативные работники. И очень сложно потом добиться извинений или объяснений.

Желательно иметь в знакомых адвоката, либо юриста, знакомого с уголовной практикой. Если таких нет, то лучше потерпеть, не наговаривать на себя, так как в последующем ВСЕ ваши слова будут использованы против вас. Независимо от алиби, свидетелей защиты, либо отсутствия доказательств вашей вины.

Заявляйте, что не будете давать показаний без адвоката (юриста), которого вам выберут родные, либо вы сами. Статья №51 Конституции: гражданин имеет право не свидетельствовать против самого себя. В общем, лучше побороть страх, растерянность и боль, но не оговаривать самого себя, любое слово может быть искажено в протоколе допроса.

Кузнецов: Когда человека задержали, главное не паниковать и понимать, что его судьба зависит от тех первых мероприятий, которые будут проводиться в отношении задержанного. В первые дни задержания он своими действиями закладывает фундамент будущего — освобождения, либо лишения свободы.

Все это прекрасно понимают силовики

Женщинам закон не писан

Озвучить текст Выделить главное вкл выкл Что заставляет слабый пол нарушать закон, выясняли корреспонденты «Известий».Первые тревожные звоночки прозвенели еще в середине 90-х. Графики женской преступности неумолимо ползли вверх. С 1997 по 2006 год количество женских преступлений возросло на 60 процентов.

Последние пять лет усугубили картину: число узниц подскочило на четверть. Женские колонии переполнились. Сегодня в 46 разбросанных по России дамских «казенных домах» живут свыше 46 тысяч женщин — на 8 тысяч больше допустимого.

Федеральная служба исполнения наказаний в спешном порядке создает дополнительные места для «вновь прибывших». Такого разгула женской преступности никто не предвидел.Женская исправительная колония N 3 затерялась на окраине Кинешмы в Ивановской области. Старинный городок на берегу Волги когда-то планировалось сделать оживленной железнодорожной развязкой, но в итоге Кинешма так и осталась конечной станцией, а также символическим тупиком для приговоренных женщин.- Сейчас здесь содержатся 1147 заключенных, — рассказывает замначальника колонии Александр Терентьев, пока на КПП внимательно изучают мои документы.

— Все они «первоходки».Если не обращать внимания на колючую проволоку, то колония представляет собой вполне уютный городок.

С баней, пекарней, церквушкой, швейными мастерскими, огородами и даже фонтаном. В советское время сюда «селили» в основном растратчиц и алкоголичек.

Но с тех пор список «популярных» статей резко изменился.- 33 процента женщин попали сюда за убийство, еще 32 процента — за хранение и торговлю наркотиками. 16 процентов узниц попались на краже, — говорит Александр Терентьев.- Остальные, — продолжил Александр Терентьев, — сидят за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, грабеж и разбой.

За каждым преступлением тянется один и тот же шлейф: неурядицы в семье, нищета, безработица и тотальная безысходность. В женском исполнении привычные злодеяния приобретают совсем иной оттенок.

Мужчина ударил ножом — и пошел тело прятать. А женщина режет с ожесточением — 10, 15, 20 раз. А потом сядет и расплачется. И ждет приезда наряда.Так произошло с Мариной Александровой, которая прославилась на всю колонию как поэтесса-самородок.

В моих руках — толстая тетрадка, исписанная аккуратным почерком.

Больше сотни нежных стихотворений о любви и прекрасном незнакомце, который обнимет и положит конец невзгодам.

Сложно поверить, что три года назад, аккурат на Рождество, Елена зарезала своего мужа, с которым прожила 13 лет.- Жили в Воркуте, я во вневедомственной охране работала, а он — шахтером, — вполголоса, будто по секрету рассказывает Марина. — Все бы ничего, да он начал пить и наркотиками баловаться.

С каждым годом становился все невыносимее, начал меня бить.

В тот день он особенно крепко выпил и набросился на меня.

«Мам, не переживай, годик посижу и выйду» Женская тюрьма в России: истории трех девушек, почти случайно попавших за решетку

Доля женщин среди российских зэков невелика: в женских колониях сидят 46,4 тысячи человек, более 10 тысяч ожидают приговоров в изоляторах.

А дальше как в тумане: начала защищаться, схватила нож и ударила наотмашь несколько раз. Едва поняла, что сделала, вызвала «скорую», но было поздно. А потом. Сдалась, что ж делать.Детский вопросЧасто жертвами женщин-убийц становятся их собственные дети.
Женщин в России по закону запрещено отправлять в колонии строгого режима; впрочем, от этого жизнь в женских колониях проще не становится. Тема женской тюрьмы — не запретная, но и не обсуждаемая: о том, что происходит за решеткой, общество практически ничего не знает; за исключением, может быть, самых громких историй — вроде письма участницы Pussy Riot Надежды Толоконниковой из мордовской колонии.
По просьбе «Медузы» журналистка Татьяна Дворникова поговорила с тремя девушками, познакомившимися с российской пенитенциарной системой почти случайно — и выяснила, почему женские тюрьмы иногда похожи на детский лагерь, а иногда — на ад.В ночь на 2 июля 2012 года золотистый автомобиль Nissan Sentra остановился возле московского клуба «Баррикада».

В машине находились шесть человек, за рулем сидела 23-летняя Ирина Липская, выпускница журфака МГУ. В тот вечер в клубе играла популярная среди ультраправых команда Outlaw Heroes Standing. Из «Ниссана» вышли трое, кинули файер в сторону стоявших у клуба людей и бросились обратно, но навстречу из припаркованной рядом черной иномарки выбежали несколько человек и повалили нападавших.

К виску оставшейся за рулем Ирины приставили пистолет, ей велели выходить.

Девушка попыталась уехать, по колесам ее машины открыли огонь.

На светофоре автомобиль остановили, выбили стекло, вытащили пассажиров наружу.

Мужчины из иномарки оказались сотрудниками центра по борьбе с экстремизмом МВД РФ: они знали об акции заранее и ждали машину возле клуба.Когда Липскую повезли на освидетельствование, в больницу к ней приехали родители. «Мам, не переживай, годик посижу и выйду», — говорила она.

В итоге она провела полтора года в московском СИЗО № 6.

Ей вменялись статьи 213 ч.2 УК РФ (хулиганство, совершенное группой лиц по предварительному сговору по мотиву идеологической ненависти) и 150 ч.4 (Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления).

Обвинение просило для нее восемь лет колонии, но в 2013-м девушка вышла на свободу по амнистии.«Здесь у тебя систему сломать не получится, извини»В больнице мне поставили диагноз «сотрясение мозга» — это так нас задерживали. В Пресненском ОВД я попросила попить, и мне в голову ударили пластиковой бутылкой с водой. После попала в изолятор временного содержания.

От стресса ни голода, ни холода, ни жажды не ощущаешь. Все идет своим чередом: раздеваешься догола, тебя проверяют и с матрасом поднимают в камеру. На следующее утро позвали на санобработку; хозяйственным мылом помыла голову, волосы как пакля потом.

Конечно, тараканы везде, грязь, но я не придирчивая.После суда по мере пресечения — СИЗО. Ты сначала сидишь в камере метр на метр, там только койка-сидушка и окно.

Оформляют, отправляют на карантин, там 12 человек уже. Камера в сине-голубых тонах, пол из скрипучих досок. Выкрашено все небрежно, на лестницах противный запах.

Я нормально все переносила, духом не падала.

Детоубийцы в тюрьме

Подобные унижения направлены на уничтожение личности и нанесения психологической травмы.

В числе частых сексуальных пыток:

  • преднамеренное удушение (БДСМ-элемент).
  • «полет ласточки» — руки и ноги приковывали наручниками к кровати;
  • подвешивание и связывание рук за спиной (анальный контакт);

Ранее узниц насиловали в карцерах, а в случае беременности – самостоятельно делали аборт.

Также были распространены групповые оргии, сегодня произвол надзирателей постепенно прекращается.

Среди заключенных-женщин практически нет той категории, которую будут целенаправленно гнобить и прессовать. Отношение зависит только от личностных качеств и силы характера.

Изгоев на женской зоне просто сторонятся.

Чаще всего презирают героинщиц – наркоманок с большим стажем.

Расплачиваются за совершенный проступок также детоубийцы – это изначально изгои, которые подвергаются регулярным избиениям. В список презираемых также:

  • женщины с венерическими или онкологическими патологиями.
  • осужденные с диагнозом ВИЧ;

В камерах поселения женщины стараются жить «семьями» — завести подруг по несчастью и сформировать собственную группировку.

Это не является предпосылками лесбиянства – «семьей» легче выживать в условиях зоны.

Администрация колоний не вмешивается в дела заключенных и не принимает никаких мер по предотвращению драк между узницами. Например, если она была уличена в воровстве.

Иногда зечки устраивают сокамерницам изощренные издевательства: макают головой в унитаз, обмакивают туда зубную щетку и заставляют чистить зубы. Рассказывали и о случаях изнасилования черенком от швабры или другим подходящим предметом. «Опускание» в женских тюрьмах тоже имело (а часто имеет и теперь) место.

Этому унижению подвергали, как правило, детоубийц. Такую женщину, сговорившись заранее, ловили всей камерой.

Внимание Прижав в углу, который плохо просматривается из глазка, затыкали рот, и брили налысо.

Поскольку та вырывалась, голова у нее оказывалась вся в порезах. Даже если надзиратели замечали возню в камере и пресекали расправу, на голове у женщины все равно оставалась одна или две дорожки. Этого достаточно, чтобы считаться опущенной.

После того, как виновную побрили, все обитательницы камеры по очереди справляли на нее малую нужду.

«Опущенную» могли пропустить сквозь строй: зечки становились в две шеренги и заставляли несчастную идти между ними.

До конца живого коридора дойти удавалось не всем, большинство падали, не добравшись до середины. В отличие от мужских зон, гомосексуальные связи в женских зонах и тюрьмах, никогда не считались чем-то, что роняет достоинство одной из зечек.

Жаждущие близости и секса одинокие женщины создают пары, и окружающие к этому относятся вполне нейтрально.

Лесбийские пары в местах лишения свободы бывают двух видов. Хочешь чаще — бери мыло, стирай, никто этому не препятствует.

После приговора Николаенко должны были отправить этапом в Мордовию, где с советских времён расположены женские лагеря.

Что делали с детоубийцами в женской колонии — откровения экс-сотрудницы ГУИН

© Sputnik / Виталий АньковПомните монолог одного из главных героев романа «Братья Карамазовы», в котором говорится о ничем не оправданных страданиях ребенка, о том, что некая грядущая «высшая гармония» не стоит даже одной детской слезинки? Наша собеседница, работавшая в женской колонии в начале 90-х (когда ГСИН именовалась ГУИН), тоже считает, что издевательство над ребенком и тем более его убийство — самое страшное преступление из всех, которые можно представить.

Собеседница говорит, что это было очень тяжелое время, тем более в местах заключения.

— Если детоубийца попадала в колонию, для нее это было равносильно смерти, — признает она.

— Что делали с такими осужденными в женской колонии? — Однажды привезли женщину, убившую своих двоих детей назло мужу. Мы старались предотвращать любые расправы над такими осужденными.

В женских исправительных учреждениях роль так называемых «паханов» выполняют женщины-лидеры — две-три на всю колонию.

В общем, мы встретились предварительно с одной из них, чтобы узнать, что они намерены делать. Она нам сказала: «Убивать не станем».

Но мы понимали, что рано или поздно до нее доберутся.

Так и случилось. Детоубийцу пропустили через «живой коридор»: осужденные женщины выстроились в две шеренги, и новенькая должна была пройти между ними, но до конца «коридора» она не дошла — упала без сознания. Мне потом рассказывали, что ее били каждый день. И однажды женщина, не выдержав прессинга, покончила с собой.

Как говорили осужденные, они действительно были «кончеными»: чаще всего впереди их ничего уже не ждало.

— И много таких случаев на вашей памяти? © AFP 2020 / FRED DUFOUR— Нет.

Не так много. Я работала в колонии пять с половиной лет. За это время туда привезли всего 6-7 детоубийц.

Из них при мне погибла одна. Ну и второй случай был такой: женщина убила 7-летнего пасынка. Заперла его в кладовой, где он умер от голода. Она дожила до своего освобождения.

Если не ошибаюсь, ее амнистировали в честь объявленного в стране Года женщин. Ее убили на воле. Многие накладывали на себя руки еще в СИЗО.

А те, кто попадал в колонию… В общем, им никто не завидовал. — Говорят, в прежние годы в тюремном мире действовали очень суровые законы. А сейчас как? — Сейчас точно не знаю, но слышала, что по ситуации: если есть деньги, можно откупиться.

«Опущенные» в женских тюрьмах: вот что с ними делают и почему

Содержание Низшие касты в российских женских тюрьмах: как это устроено В российских местах лишения свободы для женщин иерархия заключенных (зеки, зечки) и вообще быт существенно отличается от мужских зон и тюрем — там, как правило, нет понятий и не рулят воры в законе. Тем не менее, определенное кастовое деление есть и в «дамских» местах лишения свободы (МЛС). Изгои здесь обладают теми же качествами, что и везде.

Самые презираемые зечки в женских МЛС несколько отличаются от представителей низших мастей в мужских зонах и тюрьмах — здесь иерархическая лестница имеет свои ступени. В первую очередь, в женской тюрьме имеет значение личность осужденной, а не ее послужной список «отсидок» и прежних криминальных заслуг.

Строго говоря, в женских зонах и тюрьмах почти нет определенных категорий зечек, которых изначально и принципиально гнобят и «прессуют» — все зависит, главным образом, от личностных качеств осужденной. Изгоев в женских МЛС, в основном, просто сторонятся.

Одни из самых презираемых в женских МЛС — героинщицы, наркоманки с большим стажем. Это выхолощенные в моральном плане особи, способные продать и предать буквально за щепоть чаю, кусок мыла или сигарету. Любую стоящую информацию, исходящую от новой знакомой, они стараются «монетизировать», докладывая администрации МЛС.

В зонах и в камерах СИЗО «сиделицы» стараются жить своеобразными группами-семьями — завести себе подругу (подруг) по несчастью и заниматься с ними общим нехитрым хозяйством.

Чаще всего, это не имеет ничего общего с лесбийскими наклонностями — просто так легче выжить в заключении: к подобному способу обустройства в особых условиях женщин толкает инстинкт семейственности, заложенный в представительнице слабого пола изначально, свыше. Героинщицы — одиночки, в «семью» их никто не принимает.

Некоторые «сиделицы» сдать могут даже не умышленно, а, так сказать, по простоте душевной.

Таких в зонах и тюрьмах тоже сторонятся, но особо не гнобят — «старшая» знает всех стукачей в камере или в отряде, и считается, что уж лучше своя, чем присланная новая, от которой не знаешь, чего ожидать. Убийц своих детей на женской зоне запросто могут избить и потом постоянно унижать — это изначально изгои среди осужденных, пожалуй, главная категория «сиделиц», которым суждено весь срок в неволе расплачиваться за свое прошлое. В женских зонах и тюрьмах сидят много «вичовых» (с диагнозом вирусного иммунодефицита человека, ВИЧ), больных венерическими или онкологическими заболеваниями.

Этих тоже сторонятся из чувства брезгливости и боязни заразиться.

В низшей касте в женской зоне может оказаться любая, если она не выполняет производственное задание.

Девушке, не способной освоить швейную машинку и выдавать «на гора» ежедневную норму, грозят серьезные разборки в отряде, вплоть до избиения: от ее выработки страдает весь коллектив.

Отрядницы могут вырвать волосы, выбить зубы, а в карцере отделают дубинками. Даже если у «сиделицы» хороший «подогрев» с воли (щедрые и частые передачки), но она не умеет шить, «люлей» ей, чаще всего, всё равно не избежать.

10 ужасных вещей, которые делают с заключенными

Невероятные факты Находиться в тюрьме страшно.

Мало того, что в обществе вы становитесь изгоем, но и оказываетесь на социальном дне, потому что если с вами что-нибудь случиться, то никто даже глазом не моргнет.

Ниже представлены десять самых страшных вещей, которые случаются с людьми, находящимися за решеткой. 10. Использование тел для тестирования новых кремов и другой продукции индустрии красоты Некоторые полагают, что когда человека казнят, можно считать, что свой долг перед обществом он отдал. В Китае так не думают. Даже после казни, тело преступника продают за деньги.

Вы, возможно, слышали истории о том, что у казненных людей берут некоторые органы на трансплантацию. С одной стороны, это очень жутко, но все же в некоторой степени оправдано, потому как эти органы могут спасти чью-то жизнь.

Сложнее оправдать тех, кто использует тела казненных уголовников для испытания кремов для кожи или другой косметики. Это именно то, в чем недавно была обвинена одна китайская компания. Отвечая на вопросы журналистов, представители компании отметили, что это вовсе не проблема.

Конечно, можно возразить, что преступник не заслуживает права сохранения его кожи, но стоит только представить, если это кто-то из вашей семьи, как сразу думается по-другому. 9. Испытание психоделических веществ ЛСД – это наркотик, изменяющий сознание человека, который начинает полагать, будто он может все. Некоторые из нас, вероятно, не возражали бы попробовать его по собственной воле.

Но если бы вам довелось оказаться в тюрьме рядом с Сидни Готлибом (Sidney Gottlieb), и вас бы без вашего ведома кормили опасным препаратом только для удовлетворения любопытства американского правительства, вам бы вряд ли это приглянулось. Готлиб был частью проекта MK Ultra, противоречивой и довольно скрытной государственной программы, задачей которой было нахождение возможности контролирования умов людей. Для проверки влияния ЛСД были намерено выбраны люди, которые не могли дать отпор: заключенные и психически больные.

В одном случае, психически больной человек находился под воздействием препарата в течение 174 дней подряд, потому как никого не волнует то, что происходит с людьми в тюрьмах и психиатрических учреждениях. 8. Прочищение крови Нет, не случайно сюжет нового фильма Кевина Бэкона (Kevin Bacon) скопирован в этом пункте статьи. Это на самом деле произошло в определенный исторический период.

Луис Бой (Louis Boy), находившийся в тюрьме Синг-Синг в камере смертников, разрешил, чтобы на нем провели самый безумный эксперимент всех времен. Он позволил подключить себя к аппарату, к которому уже была подключена маленькая девочка, страдающая от рака, и разрешил профильтровать ее кровь через свое тело.

Несмотря на то, что эксперимент не удался, Луи вышел на свободу.